Рагæй фæстæмæ дæр ирон адæммæ Фидибæстæ гъæуай кæнун адтæй нæлгоймаги кадгиндæр æма ахсгиагдæр ихæстæй еу. Е уæлдай хъæбæрдæр рабæрæг æй, уæлдай ирддæр разиндтæй, нæ бæстæбæл фашистон сау хелагæ ку æртухстæй, уæд. Æгас ирон адæм дæр равдистонцæ сæ еузæрдиондзийнадæ Райгурæн бæстæбæл.
Сæ еу адтæй номдзуд тугъдон Махъоти Амурхани фурт Алихан. Æ тугъдон цин адтæй майор. 295-аг фестæг æфсæддон дивизий 1042 полкки командири хуæдæййевæг. Большевикти партий иуонг. 1943 анзи 31 мартъий Кубани бунмæ, уæдта цæугæдон Днестри сæрти хезгæй, Молдавий, уой фæсте Берлини бунмæ фæццæф æй. Лæвæрд ин æрцудæй хуæрзеугутæ: Ленини, Сурх Турусай, Фидибæсти Устур тугъди фиццаг къæпхæни, Александр Невскиййи ордентæ æма майдантæ. Устурдæр хуæрзеуæг ба - Советон Цæдеси Бæгъатæри ном.
Махъоти Амурхани фурт Алихан райгурдæй 1922 анзи 17 июли Чиколай хумæтæг зæнхкосæги бийнонти. Гъæууон скъолай аст къласи каст фæууогæй, куста колхози бухгалтерæй. Фидибæсти Устур тугъд æй æрæййафта, Орджоникидзей 2-аг тугъдон фестæгæфсæддон училищей курсант ку иссæй 17 июни 1941 анзи, уæд. Æдеугур фондз бони раздæр тугъд райдайунæй. Училище 1942 анзи каст фæууогæй, æрвист æрцудæй фронтмæ. Ма куд æцæг патриот, уотæ æгас 1418 боней дæргъи устур æнтæстдзийнæдтæ æвдиста тугъдон фæндæгтæбæл, сауæнгæ знаги астъонæмæ бахъæртуни уæнгæ.
Махъой-фурти тугъдон над, зæгъун æнгъезуй, райдæдта немуцаг-фашистон æрбалæборгути нихмæ Кавкази уорссæр хуæнхти тугъдтити æма цифуддæр знаги дæрæн кæнгæй, сауæнгæ Берлини уæнгæ бахъæрттæй. 1942 анзи Нальчикки рæбун, цæугæдон Баксани рази фашистти нихмæ карз тох ка кодта, еци дивизийæн æй пулеметæй æхсæг роти командирæй исæвардтонцæ. Кæд имæ фæлтæрддзийнадæ уоййасæбæл нæма адтæй, уæддæр еуцæйбæрцæдæр рæстæги фæсте рабæрæг æй æ сæрæндзийнадæ. Æ дæлбарон пулеметæй æхсгутæ, цæвæгæй кæрдæгау, дæрæн кодтонцæ фашистти, етæ Орджоникидземæ, Грознамæ æма Бакуй нефтцъирæнтæмæ, Фæскавказмæ еци лæборæги ку тундзтæнцæ, уæд.
Цал æма цал хатти фæййагъаз кодта æ дæлбаронти хæццæ иннæ æфсæддон хæйттæн! Уотæ дæр адтæй, æма Кæсæг – Балхъари гъæутæ уадзгæ рауадæнцæ. Е адтæй хъæбæр зæрдрист гъуддаг Алиханæн дæр, æма е ᾿фсадæн дæр. Фал æндæр гæнæн на ᾿дтæй, знаг уæд хъаурæгиндæр адтæй. Æхсæрисæри алфамбулай дæр хуæздæр бон нæ адтæй. Уогæ еци фудрæстæг берæ нæ рахаста, цидæр адтæй, уæддæр Сурх Æфсадæн æнтæсун байдæдта знаги дæрæн кæнун, Цæгат Иристони зæнхæй æй фæстæмæ сорун. Гъе уотемæй 1942 анзи 31 декабри уæгъдæгонд æрцудæй Алиханæн æ райгурæн гъæу Чикола дæр. Уой фæсте не ’фсæдтæ знаги ратардтонцæ Нальчиккæй, Ессентукийæй, Черкескæй, Армавирæй æма æндæр рауæнтæй.
Махъой-фурт 1944 анзи рагуалдзæги нисангонд æрцудæй фестæг æфсæддон батальони командирæй. Уæдмæ æ зонундзийнадæ дæр æма æ арæхстдзийнадæ дæр дзæвгарæ фæффулдæр æнцæ. Уæлдай бæлвурддæрæй е рабæрæг æй берæ ахсгиаг тугъдон гъуддæгути рæстæги. Зæгъæн, цæугæдон Днепри сæрти бахезуни тугъдтити рæстæги. Аци цæугæдон тæккæ урухдæр кæми ’й, уобæлти æ иннæ фарсмæ гъудæй бахезун Махъой-фурти е ‘фсæддонти хæццæ. Æма еци ихæс исæнхæст кæнун кæд уæззауæй уæззаудæр адтæй, уæддæр син бантæстæй.
Майор Махъой - фурт архайдта 220 æхсæн полкки 4 æхсæн дивизий Хонсар тугъди уæхæн районти, куд: Дебальцево, Артемовск, Алмазная… Батальони сæргъи уогæй, бавдиста устур æфсæддон дæсниадæ, е ’мтохгæнгути хæццæ æнтæстгинæй æнхæст кодтонцæ сæ размæ æвæрд ихæстæ.
Уой фæсте знаги къохтæй уæгъдæгонд æрцудæнцæ украинаг сахартæ Херсон, Николаев, Очаков æма Одессæ. Æмпурстонцæ Советон Молдавий сæйраг сахар Кишинев исуæгъдæ кæнунмæ, Польшæн сæребарæдзийнадæ ‘рхæссунмæ. Уотемæй бахъæрттæнцæ сауæнгæ Германий уæнгæ, æма 1945 анзи 29 январи уой зæнхæбæл фиццагидæр ка ‘рлæудтæй, уони хæццæ адтæнцæ Алихани тугъдонтæ дæр. Бæгъатæр командир æ зæрдæбæл бадардта, сахар Кюстрин фашистти къохтæй байсуни рæстæг. Еци сахар ба гитлеронтæ худтонцæ «Берлинмæ байервæзуни дæгъæл». Уобæлти гъæуама нимпурстайуонцæ Белоруссий фиццаг фронти æфсæдтæ Берлинмæ.
Уæлдай хъæбæрдæр ба Махъой-фурт фескъуæлхтæй Берлин байсунбæл тугъдтити рæстæги, æма ин уой туххæй исаккаг кодтонцæ Советон Цæдеси Бæгъатæри ном.
Тæккæ ахсгиагдæр игъосункæнуйнаг уæди рæстæги, æвæдзи, иссæй, 1945 анзи 2 маййи Совинформбюрой номæй Юрий Левитан ци хабар фегъосун кодта, е: «Белоруссий фиццаг фронти æфсæдтæ Украини фиццаг фронти комкоммæ агъазæй, карз тугъдтити фæсте, ниппурхæ кодтонцæ фашистон Германий тугъдон хæйтти, æма абони, 2 маййи, байахæстонцæ Германий сæйраг сахар Берлин – империализм æма тугъдæндзаргути хуккойнæ, сахар ка гъæуай кодта, еци немуцаг гарнизон æ къохтæ исдардта бони æртæ сахаттебæл æма æхе уацари равардта…».
Алкæмæн дæр æхцæуæн куд нæ адтайдæ, 1418 бони æма æхсæви ци тогкалæн карз тох цудæй, уой кæрон фегъосун! Советон адæм бахуæстæнцæ еугур дуйней цифуддæр знаг – фашизми хъурбæл. Уоми агъазиау ивæрæн бахаста, Алихан кæми тох кодта, еци æфсæддон хаййи еугонд, кæцимæн Советон хецауадæ хумæтæги нæ исаккаг кодта Ленини, Сурх Турусай æма Суворови дуккаг къæпхæни ордентæ. Еци æфсæддон хаййи тох кæнгæй, лейтенант Махъоти Алихан исирæзтæй майори уæнгæ, лæвæрд ин æрцудæй Советон Цæдеси Бæгъатæри ном.
Æнхæст 24 анзи ибæл нæма исæнхæст æй, уотемæй фæцæй æ тугъдон фæндаг Алиханæн. Æ фиди фæдзæхст сæрбæрзондæй исæнхæст кодта, кæци имæ финста æ фиццаг хуæрзеуæг «За боевые заслуги» ин лæвæрд ку æрцудæй, уæд уой фæсте: «… мæ фурт, сæрбæрзонд ди дæн, уæхæн бæгъатæрæй ке æвдесис дæхе знаги нихмæ, уомæй. Æууæндун, еу æма ма дууæ хатти не сцитгин кæндзæнæ дæ æнтæстдзийнæдтæй нæ муггаг».
Æфсади рæнгъити фæцæй 1956 анзи уæнгæ. Иссæй дæлболкъон. Уой фæсте ба иссудæй æ райгурæн Иристонмæ, куста аллихузон хæдзарадон къабæзти разамонæгæй.
Æ цардæй рахецæн æй 1981 анзи 27 мартъий, нигæд æй Чиколай еумæйаг æфсæддон уæлмæрдти, кæцими нигæд æнцæ, Алиханæн Устур Фидибæстион тугъди рæстæги æ райгурæн зæнхæбæл немуцаг-фашистон æрбалæборгути нихмæ тугъдтити æ тугъдон æмбæлттæй ка фæммард æй, етæ, æма уомæ гæсгæ æхуæдæг ниууосиат кодта, гъома, уоми мæ байвæрдзинайтæ, ме ‘мтохгæнгути фарсмæ æй мæнæн дæр мæ æносон бунат.
Нæ Иристони номдзуд бæгъатæр Махъоти Алихани ном æносон кадæ æма намусæй цæруй æ уарзон дзилли зæрдити, нæ абони цардарæзти. Æ номбæл ес гъæунгæ Чиколай, æ ном хæссуй, кæддæр æхуæдæг кæми ахур кодта, Чиколай еци скъола, æ фарсбæл æвæрд æрцудæй мемориалон мраморон фæйнæг. Уæхæн фæйнæг æвæрд æй, Дзæуæгигъæуи ци хæдзари цардæй, уой фарсбæл дæр. Фæсевæд ибæл искодтонцæ бæгъатæрон зар.
Что общего между трактором СТЗ и большой саперной лопатой БСЛ-110? В мирной жизни - ничего. На войне - судьба человека. В октябре 1941 года из села Чикола уехал тракторист Семен Калаев. Своего железного коня оставил в селе - он передал его Назират Секинаевой. А сам отправился туда, где вместо гусениц и рычагов его ждал штык лопаты. Он мечтал стать танкистом, но стал сапером. Потом минометчиком. А закончил войну полным кавалером ордена Славы и участником Парада Победы на Красной площади. И при этом ни разу не пожалел, что вместо башни танка ему досталась лопата.
Из Чиколы новобранцев повезли в Ардон. Оттуда поездом - в Грозный. Там Семена зачислили в 1765-й отдельный саперный батальон 10-й саперной армии. «Честно сказать, радости было мало, - вспоминал он потом. - Поменять трактор СТЗ на большую саперную лопату длиной 110 сантиметров». Но у него было правило: любить то, что делаешь. Он привык трудиться, не жалуясь, и эту привычку пронес через всю войну.
В феврале 1942 года Калаев получил первую награду - Почетную грамоту за отличное выполнение заданий по строительству оборонительных сооружений. Не орден, не медаль, но для сапера, который вгрызался в мерзлую землю, это было признание. Потом группу бойцов отправили в Воронежскую область, в село Большая Грибановка. Там формировалась 174-я стрелковая дивизия. И там Семен сменил лопату на миномет. Началась настоящая война.
В составе 135-го стрелкового полка он прошел свой боевой путь. Много раз смотрел смерти в глаза, терял товарищей. Дивизия отличилась в боях, и ее переименовали в 46-ю гвардейскую. В этом была и заслуга Калаева - минометчика, который не прятался за спинами.
Особенно ярко его солдатский талант проявился при форсировании Западной Двины и в боях за освобождение Прибалтики. Командир дивизии, подписывая наградной лист на орден Славы III степени, написал: «За мужество и отвагу, проявленные в боях с гитлеровскими захватчиками при форсировании Западной Двины, захват и удержание плацдарма на вражеском берегу, умелые действия и выполнение боевой задачи без потерь». 6 июля 1944 года приказ был подписан.
Спустя немногим более трех месяцев - 22 октября - последовал орден Славы II степени. «За результативные действия по уничтожению вражеской боевой техники и живой силы в бою за местечко Скайсколне, способствующие успешному прорыву обороны противника, и сохранение личного состава и техники». А в начале ноября командир полка вручил ему медаль «За отвагу» - за бой в районе населенного пункта Вецвагари.
Третий орден - уже I степени - Калаев получил за бои в конце декабря 1944 года в Латвии, у деревни Гробьи. В наградном листе сказано коротко: «25-29 декабря 1944 года в боях в районе деревни Гробьи огнем своего миномета полностью уничтожил с расчетом три станковых пулемета и до 20 гитлеровцев, чем обеспечил продвижение нашей пехоты вперед». Но за этими строчками - настоящий боевой эпизод, который ветеран запомнил на всю жизнь.
Батальон пошел в атаку, но залег под плотным пулеметным огнем с опушки леса. Начальник артиллерии полка майор Калмыков лично поставил задачу командиру минометного расчета старшему сержанту Калаеву. Передал ему бинокль, показал, где искать огневую точку, и пожелал успеха «интернациональному расчету». В расчете служили пятеро: трое осетин - Гобе Габуев, Харитон Гасинов и сам Семен Калаев, узбек Самандар Исламов и украинец Григорий Зезул. На вопрос Габуева: «Зачем вызывали, что требуется?» - Калаев ответил: «Если еще и на этот раз спасемся - считай, что до конца войны с нами больше ничего не случится».
Разобрали миномет, чтобы легче дотащить до большой воронки рядом с деревом. Доползли, хоть и попали под обстрел. Быстро собрали орудие. Местонахождение пулемета определили старым солдатским способом: приподняли каску на стволе винтовки. И вскоре вражеские пулеметы замолчали. Батальон пошел вперед и выполнил задачу.
Вернувшись в роту, Калаев попал в объятия начальника артиллерии. Тот благодарил его, целовал, как ребенка, хотя по возрасту был намного моложе.
Война для Семена Калаева не закончилась 9 мая 1945-го. Он удостоился права участвовать в Параде Победы на Красной площади 24 июня. Это было ни с чем не сравнимое чувство - шагать по брусчатке, зная, что за спиной - четыре года войны, десятки боев, смерть товарищей и собственная выживаемость, которую он сам называл чудом.
Командир 135-го гвардейского стрелкового полка, представляя Калаева к очередной награде, писал: «Находился в первых рядах лучших воинов полка, проявил себя стойким, мужественным и храбрым гвардейцем, был среди тех, кто не щадил своей крови и жизни в боях, показал образцы отличных действий по разгрому немецких оккупантов в Прибалтике». Эти слова - лучшее резюме его военной биографии.
Демобилизация. Семен Дзагеевич вернулся в Сурх-Дигору. Ему было 40 лет. Война отняла лучшие годы, но не сломала его. Он работал, растил детей, жил обычной жизнью ветерана - без громких слов, но с огромным внутренним достоинством. Полный кавалер ордена Славы, кавалер других орденов и многих медалей, он скончался 15 июля 1991 года. Похоронен во Владикавказе.
Семен Калаев хотел быть танкистом. Стал сапером с лопатой, потом минометчиком. Он не громил врага с воздуха и не давил гусеницами. Он вгрызался в землю, строил оборонительные рубежи, а потом, сменив лопату на миномет, выбивал пулеметные гнезда. Он прошел путь от Сурх-Дигоры до Прибалтики, потерял друзей, но сохранил себя. И в день, когда страна праздновала Победу, он шагал по главной площади - в числе лучших из лучших.
Такие, как он, не искали славы. Они просто делали свою работу - тяжелую, смертельно опасную, необходимую. И если танкистам и летчикам ставили памятники при жизни, то саперы с лопатами оставались в тени. Но именно они, как Калаев, выигрывали те самые метры и километры, которые потом становились нашими победами. Вечная память герою. И вечная благодарность - от тех, кто живет под мирным небом.
24 июня 1945 года Москва гремела салютами. По Красной площади чеканным шагом шли сводные полки фронтов - те, кто дошел до Берлина, кто сломал хребет фашистской машине. В колонне Первого Белорусского фронта - самого прославленного, бравшего столицу рейха, - шагал и наш земляк, Хизир Сламурзаевич Чибиев из села Хазнидон. Он не был маршалом, не командовал армией. Он был кавалеристом, лейтенантом, который в первые дни войны принял удар на границе, под Москвой получил тяжелое ранение, а под Смоленском совершил то, что могло бы принести ему Золотую Звезду. Но не принесло. И он не жаловался. Потому что не за звездами ушел на войну.
Чибиев начал войну в должности помощника командира эскадрона 51-го кавалерийского полка 44-й кавалерийской дивизии 22 июня 1941 года. Встретил врага у самой границы. Как и миллионы его товарищей, испытал горечь отступления — когда силы неравны, когда танки превосходят в десятки раз. Но не дрогнул.
К декабрю 1941 года он уже командовал эскадроном. В битве под Москвой - тяжелое ранение. Госпиталь, лечение, и снова в строй. Направили командиром эскадрона в 29-й отдельный разведывательный кавалерийский полк 29-й армии. Здесь его и заметили. Личная храбрость, умение управлять подразделениями в конном строю, способность принимать решения в критической ситуации - всё это не раз отмечало командование.
Но главный эпизод его боевой биографии случился под Смоленском.
Эту историю, спустя годы, рассказал генерал-лейтенант Григорий Иванович Шкурупи. Случилось это уже в 1950-х, в Ташкенте. Студент юридического факультета Анатолий Ельбиев, односельчанин Чибиева, приехал из Хазнидона, и по работе с секретными документами попал к генералу. Узнав, что парень из Северной Осетии, Шкурупи пригласил его домой и представил жене: «Оленька, вот земляк нашего Харитоши, моего спасителя». Достал из шкатулки групповой портрет, где рядом с ним стоял Хизир Чибиев. И рассказал.
В боях под Смоленском дивизия, где воевал Шкурупи (тогда полковник, начальник штаба пехотного полка), попала в окружение. Большая часть личного состава погибла в изнурительных боях. Связь со штабом армии была потеряна. Полковник несколько раз посылал связных - никто не прорвался через вражеские кордоны. Боеприпасы на исходе, бойцы валятся с ног от голода и недосыпа.
И тут на позиции вышла группа всадников в красноармейской форме. Двенадцать кавалеристов. Возглавлял их лейтенант Хизир Чибиев. Он доложил: получил задание вывести остатки дивизии из окружения. Ориентировался на незнакомой местности блестяще. Обходил крупные огневые точки врага, а небольшие дозоры снимал без шума - с помощью своих бойцов. В результате, как сказал Шкурупи, «во многом благодаря лейтенанту Чибиеву тысяча девятьсот человек были выведены из вражеского окружения».
Полковник Шкурупи лично написал представление на присвоение лейтенанту Чибиеву звания Героя Советского Союза. Потом их фронтовые дороги разошлись. Генерал так и не узнал, что представление не сработало. Уже после войны, встретив земляка Чибиева, он расстроился, обещал восстановить справедливость, навестить спасителя. Но не успел - он и его жена, главный врач военного госпиталя, погибли в автомобильной аварии.
Сам Хизир Сламурзаевич ни разу - даже родным - не намекнул, что его представляли к высшей награде. Не ради славы и наград он воевал. Он продолжал сражаться. После того боя под Смоленском получил еще одно тяжелое ранение, вылечился - и снова на передовую. За смелость и отвагу его наградили тремя орденами Отечественной войны (два из них - первой степени), многими медалями, в том числе «За отвагу». Неоднократно объявляли благодарности от имени Верховного Главнокомандующего Сталина.
А еще - он удостоился права участвовать в Параде Победы. 24 июня 1945 года он шагал по брусчатке Красной площади в составе сводного полка Первого Белорусского фронта. Того самого, который штурмовал Берлин и расписался на рейхстаге.
В 1946 году заместитель командира дивизиона капитан Хизир Чибиев уволился в запас и вернулся в родной Хазнидон. Как воевал - самоотверженно и без показухи, так и работал. Долгие годы трудился на благо общества, вел большую общественную работу. О его подвиге знали немногие. Он не любил рассказывать.
Парад Победы - это всегда про триумф. Но за каждым лицом в той колонне стоит своя история. У одних она завершилась Золотой Звездой, у других - незаслуженным забвением. Хизир Чибиев не получил звания Героя, хотя спас полторы тысячи человек. Но он получил право пройти по Красной площади в день, когда вся страна ликовала. И этого для него было достаточно. Потому что он воевал не за награды. А за то, чтобы мы с вами жили под мирным небом.
Вечная память и вечная слава скромным героям, которые не искали орденов, но совершали подвиги. Таким, как Хизир Сламурзаевич Чибиев из Хазнидона.
Материалы для полосы
9 Мая мы привыкли смотреть на парадные расчёты, на проход авиации над Красной площадью. Но за каждым современным истребителем - целая эпоха. Эпоха, когда советские летчики начинали с деревянных бипланов, учились в аэроклубах после ночных смен в метро и вставали в строй в первые часы войны. Один из них - Хушин Саламанович Айдаров, уроженец Чиколы, который не только сбивал врага над Москвой, но и после тяжёлого ранения остался в авиации как штабной офицер высочайшего класса. Его судьба - это путь от подземелья до неба, от рядового лётчика до полковника, от медали «За отвагу» до ордена Ленина.
От метро
до стратосферы
1913 год. В осетинском селе Чикола родился мальчик, которому предстояло стать частью большой истории. Хушин закончил семь классов - для того времени неплохое образование. Но тяга к большому городу и к технике привела его в Москву. Поступил в школу ФЗУ при Метрострое - тогда это был прямой путь в рабочую элиту. Он спускался под землю, строил первые тоннели столичного метро. А после смены — бегом в аэроклуб. Бездонное небо, как он сам говорил, «пятый океан», завораживало его сильнее, чем гранит и бетон.
15 октября 1932 года Бауманский районный военный комиссариат Москвы призвал его в Красную Армию. Но сразу в авиацию не попал. Сначала пришлось осваивать другие военные специальности. Лишь позже, доказав свою настойчивость, он добился права учиться в Сталинградском военно-авиационном училище. К тому времени страна делала первые шаги в создании собственной авиапромышленности. Решение IX съезда комсомола в январе 1931 года о шефстве над Военно-воздушными силами дало мощный импульс. Такие энтузиасты, как Айдаров, стали костяком новой авиации.
22 июня 1941 года. С первого дня войны старший лейтенант Айдаров оказался на острие удара. Его задача - защищать московское небо. Гитлер подписал директиву о массированных налётах на столицу 19 июля. Из Бельгии и Франции перебросили больше сотни дополнительных самолётов. Первый налёт случился 21 июля: 195 вражеских машин взяли курс на Кремль, вокзалы, авиазаводы и аэродромы. Но советские лётчики и зенитчики заставили большую часть армады повернуть назад. Более двадцати самолётов противника были сбиты. В этих боях Айдаров получил свою первую боевую награду - медаль «За отвагу».
В августе 1941 года его самолёт подбили. Ранение, жёсткая посадка, контузия. Медицинская комиссия после госпиталя вынесла суровый вердикт: к лётной работе не годен. Для человека, который мечтал о небе, это был удар. Но он не ушёл из авиации. Перешёл на штабную работу и продолжил воевать - теперь уже как организатор боевых вылетов.
В составе своего авиаподразделения Айдаров участвовал в боях на трёх фронтах: Брянском, Центральном и 1-м Белорусском. В декабре 1943 года, будучи заместителем начальника штаба по оперативно-разведывательной части 721-го Касторненского истребительного авиаполка, он получил орден Отечественной войны II степени. Отличное выполнение заданий командования - так была сформулирована причина награждения.
В августе 1944 года - новый орден, Красного Знамени. И новое назначение: начальник штаба 165-го истребительно-авиационного Варшавского полка 286-й истребительно-авиационной Нежинско-Краснознаменной дивизии 16-й воздушной армии. Теперь на его плечах лежала координация действий целого полка.
В начале мая 1945 года командование представило майора Айдарова к ордену Александра Невского. В наградном листе, подписанном командиром дивизии полковником Василием Сталиным (сыном Верховного главнокомандующего), были такие строки:
«Товарищ Айдаров показал себя хорошим руководителем и организатором, грамотным и культурным штабным офицером. В практической работе сумел организовать отличную боевую работу полка по разгрому немецко-фашистских захватчиков. Отлично поставил работу по организации взаимодействия с другими частями. За время работы товарища Айдарова начальником штаба не было случаев срыва боевого задания по вине штаба. За этот период в полку было произведено 1194 боевых вылета. Проведено шесть групповых воздушных боев, сбито 45 самолётов противника, сфотографировано семь военных объектов врага… В период Берлинской операции показал образцы чёткой организации боевой работы полка… За время Берлинской операции лётным составом полка было организовано 309 успешных боевых вылетов, из них 68 – в район города Берлина. В период большой нагрузки лётного состава товарищ Айдаров сам лично производил вылеты на ПО-2, особенно при перебазировании».
Цифры говорят сами за себя. 1194 вылета без срыва по вине штаба - это результат огромного труда. А личные вылеты начальника штаба на связном самолёте ПО-2 (знаменитая «кукуруза») - штрих, который многое объясняет в характере этого человека. Он не прятался за картами и телефонами. Когда надо, сам поднимался в небо, показывая пример подчинённым.
Война для Айдарова не закончилась в мае 1945-го. Он продолжил службу в авиации, дослужился до звания полковника. В 1956 году Указом Президиума Верховного Совета СССР его труд был отмечен орденом Ленина - высшей наградой страны. Хушин Саламанович прожил 78 лет и умер, оставив после себя не просто послужной список, а целую эпоху в памяти сослуживцев. Похоронен он во Владикавказе.
История Хушина Айдарова - это не просто биография одного офицера. Это срез целого времени. От деревянных бипланов до первых реактивных истребителей - таков масштаб преобразований, которые провело через себя поколение лётчиков-фронтовиков. Они начинали в аэроклубах, построенных комсомольцами, учились на курсах, воевали на пределе человеческих сил, а после войны продолжали служить, передавая опыт молодым.
Сегодня, когда российские пилоты поднимают в небо новейшие машины, они опираются на традиции, заложенные такими людьми, как Айдаров. Профессионализм, преданность делу, умение организовать работу и, если потребуется, самому сесть за штурвал - эти качества не устаревают. Они передаются из поколения в поколение, как эстафетная палочка.
В День Победы мы часто смотрим в небо. Там, на высоте, не видно следов тех старых боёв. Но они есть - в истории полков, в наградных листах, в памяти семей. Хушин Айдаров - один из тех, кто сделал наше сегодняшнее мирное небо возможным. Не громкими речами, а каждодневным трудом. Своими вылетами, своими отчётами, своей школой.
Вечная слава героям. И низкий поклон тем, кто, как Айдаров, не прятался за спинами, а вёл за собой. Даже если сам уже не мог стрелять - он организовывал, планировал, рисковал. Потому что защита Родины - это не только воздушный бой. Это ещё и работа штаба, где каждое решение приближает Победу.
Материалы для полосы